Когда Глузман и Пономарев появились на пороге его кабинета, Дорофеев вернулся в свое кресло, тоже старинное, с дубовыми резными подлокотниками, и кивнул вошедшим: садитесь. Немного помолчав, обратился к Глузману:

- Тебе, Борис, - все, что есть о никеле. За последние пять-семь лет. Уровень производства, динамика цен, биржевые котировки, основные тенденции на сегодня.

- По России?

- Не только. По всему миру. ЮАР, Канада. Какие там еще страны-производители? Картина должна быть максимально полной.

- Раньше мы никогда не занимались никелем, - напомнил Глузман. Теперь займемся?

- Может быть. Дело сверхсрочное. Свободен.

Глузман вышел.

- Теперь вам, Анатолий Андреевич. - Дорофеев положил перед начальником службы безопасности визитную карточку недавнего гостя. - В самые ближайшие дни мы должны знать об этом человеке все. Абсолютно все.

- Интересное предложение? - позволил себе полюбопытствовать Пономарев, хотя подобная любознательность в Народном банке не поощрялась.

- Интересное? - переспросил Дорофеев. - Не то слово. Фантастика. Если, конечно, не афера. Но даже если и афера - все равно фантастика.

* * *

"Д о р о ф е е в. Рад познакомиться с вами, господин Никитин. Директор франкфуртского филиала Дойче-банка господин Шпиллер предупредил меня о вашем приезде. Он назвал сумму, которую вы намерены инвестировать в нашу промышленность, и сказал, что эти деньги уже поступили на ваш счет в Дойче-банке. Как я понял, он это сделал по вашей просьбе.

Н и к и т и н. Совершенно верно.

Д о р о ф е е в. Проходите, пожалуйста. Устраивайтесь поудобней. Что-нибудь выпьете?

Н и к и т и н. Спасибо, нет. Я за рулем.

Д о р о ф е е в. Может быть, кофе?

Н и к и т и н. Ничего не нужно, спасибо. И за то, что послали своих людей встретить меня - тоже спасибо. Правда, мы каким-то образом разминулись.