- Подожди меня в моем кабинете, - обратился к нему Меркулов. Они уже лет пятнадцать, если не больше, были друг с другом на "ты", но сейчас, в напряженной атмосфере кабинета генерального прокурора, нескрываемо дружелюбное меркуловское "подожди" могло означать лишь одно: если для Турецкого этот тяжелый разговор закончен, то для генерального вторая половина его еще впереди - и она вряд ли будет намного легче.

Ждать Турецкому пришлось не меньше часа. Когда Меркулов вернулся наконец в свой кабинет и водрузился за необъятным письменным столом, он будто не заметил вопроса, сквозившего в напряженном взгляде Турецкого. Благодушно поинтересовался:

- Ну и как, проветрился в Гармише? Как там Альпы?

Турецкий лишь пожал плечами.

- Альпы как Альпы.

- Пивка баварского попил? На лыжах покатался?

- Какие лыжи? - удивился Турецкий. - Лето в Альпах - мертвый сезон.

- Люди-то хоть интересные были?

- Были и интересные. Ханс Юнге был из Франкфурта-на-Майне - помнишь, с которым мы дело об убийстве банкира Алмазова разматывали? - См. роман Ф. Незнанского "Контрольный выстрел" (М., 1996).> Франц Шмидт из гамбургской криминальной полиции. Боб Портер из Лондона. Совершенно потрясающий малый. Семь языков. И все - на "Файф левел". На "Пятом уровне" - на уровне носителей. По-русски говорит, как коренной петербуржец из хорошей семьи. Кто еще? Кэт Вильсон из нью-йоркской полиции. Тоже - три языка, включая русский, хоть и не на "Файф левел". Афро-американка, как сама сказала. Негритянка или мулатка. В двадцать четыре года уже лейтенант, начальник отдела по расследованию убийств. Это как Володя Яковлев из МУРа. На наши деньги получается - подполковник. Чертовски красивая. Но нрав как у дикой кошки.

- Приручить не пытался? - поинтересовался Меркулов. - Или побоялся, что исцарапает?

- Слушай, Костя, кончай ты мне душу мотать! - взмолился Турецкий. Что ты обо всем этом думаешь?

Меркулов помедлил с ответом.